С абсолютной уверенностью можно утверждать, что перед нами выдающийся образец немецкого художественного фарфора музейного уровня и высокой коллекционной ценности. Автором этой потрясающей модели является знаменитый немецкий скульптор эпохи барокко Иоганн Готлиб Кирхнер (Johann Gottlieb Kirchner, 1706–1768 гг). Исторический контекст данной скульптуры: работа является частью престижной королевской серии крупных зверей и птиц, создававшейся по заказу курфюрста Саксонии Августа Сильного для украшения залов Японского дворца в Дрездене.
Обезьяна реалистично смоделирована сидящей на древесном пне, который у основания густо украшен лепными рельефными цветами и листьями. В лапе животное бережно держит крупный плод. Полуприкрытые веки, глубоко посаженные глаза и задумчивое выражение морды обезьяны — это стопроцентная, каноническая передача характера оригинальной модели Иоганна Готлиба Кирхнера. Скульпторы эпохи барокко стремились придать животным почти человеческую мимику. Шерсть животного промоделирована глубокими, акцентированными мазками стеки. Это указывает на то, что фигуру отливали в оригинальной (или очень ранней кусковой) гипсовой форме, которая еще не потеряла свою четкость от многократного использования. У основания пня, между лапами, видна рельефная веточка плюща с характерными трехпалыми листьями. Форма и изгиб этих листьев — важнейший маркер. На оригинальных мейсенских моделях Иоганна Готлиба Кирхнера 1732 года у подножия всегда лепились именно ветви плюща и винограда с мелкими цветами. Фарфоровая масса в глубоких складках лежит плотно, без усадочных трещин, что говорит о высочайшем мастерстве капсельщика и обжигальщика мануфактуры.
Конструктивные особенности: это монументальная статуэтка, полая внутри. На дне имеется аутентичное круглое сквозное технологическое отверстие для циркуляции газов при обжиге. Датировка подтверждена технологическими признаками и характерным размытым подглазурным кобальтовым клеймом мануфактуры на внутренней стенке основания. Клеймо: на внутренней части дна под слоем глазури прослеживается оригинальный синий кобальтовый знак (скрещенные стрелы/элементы), частично подкипевший и расплывшийся от экстремально высокой температуры обжиговой печи. Печные дефекты эпохи: обилие подглазурных темных «мушек» (микрочастиц оксида железа) и остатков угольного шлака/гари, впекшихся в глазурь на внутренней поверхности дна. Это прямое доказательство производства предмета в старинных угольных или дровяных печах рубежа веков. Следы сборки: четко выраженный вертикальный шов литьевой формы на боковой части фигуры и горизонтальный монтажный стык на древесном пне, свидетельствующий о ручном соединении крупных сырых деталей шликером перед отправкой в печь. Состояние сохранности: музейное, крупные и наиболее уязвимые выступающие элементы (голова, уши, хвост, лапы, удерживаемый плод) сохранили целостность, без сквозных трещин и видимых следов масштабной реставрации. Глазурь имеет благородный глубокий блеск с естественной вековой патиной в труднодоступных местах рельефа. Мелкие четырехлепестковые цветы, собранные в розетки у подножия пня, выполнены в уникальной технике ручной накладной формовки. Такая проработка флоральных элементов является всемирно признанной визитной карточкой мастеров из Потшаппеля (так называемые «Дрезденские цветы»).
Мануфактура Карла Тиме в Потшаппеле являлась признанным лидером в области виртуозного воссоздания монументальной пластики старого Мейсена в оригинальном размере.
